Эксклюзив

FashionRoom: Антон Бубновский

Опубликовано 29 ноября 2014 в 16:20
0 0 0 0 0

F-r7eeGbKIo
Казалось бы, разговаривать с мужчинами о тряпках невозможно — они ничего не понимают ни в моде, ни в тенденциях, ни в брендах, в магазин ходят как на каторгу, слово «шопинг» нагоняет ужас… Так было раньше, сейчас все понимают, что к внутреннему товару — глубокому миру и высокому интеллекту — требуется и надлежащая упаковка, и пусть конфету судят и любят за ее начинку, выбирают ее по фантику.

Антон Юрьевич Бубновский, доцент кафедры журналистики и издательского бизнеса Школы гуманитарных наук ДВФУ, успевший засветиться в кинематографе, быть экспонируемым фотографом, получить образование за границей — ходит по коридорам «Представительского» этажа ДВФУ в кедах, джинсах и яркой клетчатой рубашке. Наш разговор начался с обсуждения продажности этого мира и страдающей интеллигенции и плавно сместился к методике обучения студентов, к смерти в фотографии и даже любви. Во всем этом огромном массиве интереснейших размышлений было очень сложно вспомнить о том, что сегодня мы всего лишь говорим о «шмотках».

Кто такой «модный Антон Бубновский?»
Это кеды, джинсы и че-нибудь сверху. Вообще я очень люблю шмотки, сильно люблю, но много денег не имею, поэтому люблю «на шару» — скидки, распродажи (не знаю, нужно ли это скрывать). Хотя, конечно, только «лейбловские». Я родился в Советском Союзе, отец — моряк, и одежды всегда было полно с детства. Но я этого стеснялся — во дворе у сверстников такого не было, никто подобного не носил — и я тоже. Не боялся зависти — был случай, когда мама заставила одеть все самое лучшее из имеющегося, и мой вид во дворе вызвал восхищение и даже уважение, но уважение было не ко мне, а к имиджу. А меня больше интересовало, как оценивают мой внутренний мир, а не то, что думают о моей внешности.

Как Вы пришли к тому, что одежда должна быть брендовой?
В Америке. Я там прожил полгода и полгода ходил в магазин, как человек из Советского Союза — зачем покупать дорогое, когда есть дешевое и покупать лишь тогда, когда старая вещь уже износилась. В какой-то момент пришло осознание, что окружающие меня люди одеваются не так — и эти люди и «включили меня» в мир шопинга. Ты просто начинаешь понимаешь, что покупать дешевые вещи нет смысла, они разваливаются у тебя в руках очень быстро, и эти дешевые вещи стоят столько же, сколько и дорогие, качественные вещи на распродаже. И я понял, что нужно брать качественное. А ещё мне объяснили, что есть определенные правила в обществе, в котором ты живешь: каждый день нужно одеваться в совершенно другое (что для Советского Союза — опять же — было очень неожиданно); и есть люди которые разбираются, в какие магазины ты ходишь и во что ты одеваешься — и это ставит тебя на определенную ступеньки в том социуме, в котором ты существуешь.

Шопинг в Америке — это нечто, что сносит крышу.

Есть варианты одеваться на распродажах, есть варианты одеваться в секонд-хэндах элитарных вещей, или просто искать в тех же секондах хорошие вещи. Для меня шопинг сродни рыбалке, охоте за брендами, по которым тебя будут идентифицировать. Я шопился — как на работу ходил. Для меня это было погружение в какой-то другой мир! В итоге понял, что каждый день ты можешь одеваться под свое настроение и что-то выражать своей одеждой.

Сегодняшний облик соотвествует настроению?
Да, несколько игривому.

Шопинг во Владивостоке?
Это жесть. Недавно из Гонконга знакомые гостившие поинтересовались, как бы им здесь пошопиться. В ответ полчаса я просто молчал, потому что предложить что-то после Гонконга здесь нереально.

Но Вы же здесь одеваетесь?
Классические костюмы да, выбираю здесь. Все остальное стараюсь привозить из поездок.

Официальные вещи не любите?
Нет, почему же, я в них хорошо смотрюсь.

Вы тратите на шопинг день?
Недели, когда вылетаешь дальше Новосибирска, я очень рад добраться до магазина и побродить там несколько часов.

И как к этому относятся сопровождающие вас женщины?

Я стараюсь это делать один, потому что в отличии от женщин я физически более вынослив, могу спокойно осмотреть какой-нибудь московский молл, и купить одну футболку.

Это больше эстетическое удовольствие?
Скорее всего, да — чтобы понять, что сейчас нужно носить, приходишь в магазин, осматриваешься и получаешь ощущение того, как ты должен выглядеть, что тебе нужно. У меня мало вещей — они приходят ко мне во время такого визуального слалома. Ты смотришь-смотришь, кто как одевается, кому-то завидуешь, обращаешь внимание – но никогда точно такую шмотку не возьмёшь, потому что она не будет на мне смотреться. Но на стиль это все влияет, формирует взгляд на себя.

Какое ощущение должна давать вещь?
Свободы. Надеть шмотку, которая актуальна, но тебе некомфортна, не считаю правильным. Моя одежда — это моя реакция на то, что я вижу вокруг. Мое переработанное отражение реальности. Рефлексия. Это заключается во всем, что я делаю. Я искренен.

Среди Вашей одежды есть вещи с историей?
У меня все такие. Вон, например, пиджак висит с драконом. Родственники собрали в Париж, дали денег и сказали: «купи что-нибудь приличное, только без драконов, а то мы тебя знаем!»Я еще подумал — причем тут Париж и драконы?И во втором магазине, в который я зашел, был этот самый пиджак с драконом. И я его купил.

Париж повлиял на Ваш вкус?
Да, я понял там, что такое европейский стиль. Там у всех установка, что ты должен быть серым, не выделяться, но так как европейцы очень индивидуальны, то ты что-то вставляешь внутрь своего этого серого стиля, что-то такое незаметное на первый взгляд, но оно просто делает всю картинку, все впечатление. Задача выпендриться или фасониться у них заключается в том, что бы быть серым — но отличаться.
Для меня фасониться — это надеть красную рубаху. Я был на кинофестивале во французской провинции, и за мной бегали маленькие девочки и просили автограф.И я понял, что среди молодых кинематографистов я был необычен именно этой красной рубахой, а все остальные были одеты по европейской моде — серые. Но француз одевается так, что ты понимаешь, что твоя красная рубашка это … хочется пойти и выбросить ее. Я же из Владивостока, для нас красная рубаха в порядке вещей, и для меня поражающим открытием было, что можно быть другим. Когда я вернулся Россию, я некоторое время не мог смотреть на наших женщин. Да, в Европе нет красивых женщин, но то, как они одеваются, скрашивает недостатки, и ты видишь лишь шарм. И потом испытываю визуальный шок — девушки наши в двести раз краше, но во что они одеты… Потом, конечно, все становится на свои места и ты вспоминаешь, какие наши женщины потрясающие. Женское мнение безусловно для меня важно, потому что женщины — это моя целевая аудитория. Мужики не понимают в этом все равно ничего. Я не смотрю на себя с мыслью «о, какой я клевый чувак!», я это оцениваю по-другому.Например, приходишь куда-то, где много женщин, и они все начинают вокруг тебя щебетать, тогда и понимаешь, что да, пришёл клевый чувак. Для меня зеркало не полированная железка, а люди.

Вы молодитесь, это не подстройка под окружающих вас студентов?
Мне так хочется, я так себя чувствую, пусть это считают за возрастную компенсацию. Но когда девочки вслед рты открывают — приятно.

Вы интересный преподаватель?
Нет, я скучный и занудный. Я не поддерживаю классический подход в образовании, у детей нет интереса в том, что они приходят на лекцию и слушают какой-то текст, который их никак не затрагивает. Образовательный процесс у меня жесткий, они приходят и все начинают работать сразу. Идеально работать.

А харизма преподавателя не является стимулом слушать текст?
Преподаватель должен давать предмет или преподносить себя? Предмет оказывается на втором плане, и это тоже не самый лучший подход. Все в восторге от тебя, и, возможно, ты заинтересуешь через себя своими знаниями, но тогда ты не преподаватель, ты шоумен — и здесь нет образования, есть экспрессия, эмоции, действо, но знания… Мы должны воспитывать самостоятельных серьезных людей, должны научить студентов самостоятельно мыслить, самостоятельно воспринимать информацию, искать ее, усваивать, перерабатывать в какой-то продукт. А подход о том, что ты красиво оделся и красиво рассказал свой материал, я не считаю продуктивным. Акцент воздействия курса должен быть перемещен на самого студента. Мне нравится процесс образования за рубежом, студенты сами выбирают курсы которые хотят учить, группы людей в пять человек, максимум самостоятельности.

Студент дойдет до всего сам?
Это такая социообразующая система, когда вы заходите в кафе и вы же знаете, что там нужно делать, глядя на других людей. Также и в системе моего обучения, когда у вас есть внутренние желание воспринять, вы усвоите гораздо и найдете нужной информации, чем вам попробуют привнести, когда вам этого не нужно. Результат моих студентов мне нравится. Я, конечно, утрирую свою систему, но если вам нужно — вы пойдете и спросите у «гугла», что и как делается. И сделаете. И научитесь.

Вы были на Pacific Style Week — неделе моды во Владивостоке?
Был в прошлом году, представлял свою выставку, на коллекции дизайнеров не смотрел, презентовал себя. В моей карьере фотографа был фестиваль дизайеров «Пигмалион».И это локальное, домашнее мероприятие нравилось мне гораздо больше своим количеством креатива, чем то, в которое он в итоге переродился.

«Фасониться» Вас определяет в жизни?
Это приобретенное, это пришло уже в 30 лет, с умом. Кто-то шил себе с детства вещи, что бы выделяться, а мне гораздо важней другое — лет в 25 я понял, что интересен людям как личность.

Есть социум, ты заходишь в него, если не подходишь — начинаешь переживать, что что-то не так.

Вот я выгляжу молодо — это не итог специальных салонов, просто так есть, я смотрю на своих сверстников и понимаю, что они реально другие все, по-другому живут, в другой линии жизни. Этим людям не завидуешь — просто они другие, не творцы, жизнь сложилась по другому, фотографов-миллионеров не бывает. Меня поражает то, что я думаю еще о каких-то вещах, ищу что-то новое, интересуюсь чем-то, а люди, которые младше меня, этого не делают. Для меня драйв, это люди, которые в 60-70 лет еще «живы», их сознание открыто новому, они могут созидать. Когда мы молодые — мы все одинаковые. Разными мы становимся с годами.

Напоследок — почти журнальный лук модного Антона Юрьевича.
mZKTgVx03EE

P.S.
А что есть в шмотках что-то такое, что Вас отталкивает?
Стринги, они неудобные.

Беседовала Наталья Скрипка

0 0 0 0 0




Вконтакте
facebook